Андрей Илюхин (crimeaphile) wrote,
Андрей Илюхин
crimeaphile

Дикий Запад Крыма

     На нашей выставке есть фотография, вызывающая неизменный интерес и вопрос: «Это тоже Крым»? Впрочем, она не одна такая, но, когда мы впервые увидели панораму Бельбекского каньона с мыса горы Утюг, то тоже были поражены нездешностью этого пейзажа — Америка Америкой, индейцев ещё бы для полноты картины! Ладно, на роль индейцев согласны мы сами… И друзей наших после поисков цветущих маков уговорили на небольшое, но всё-таки восхождение!

     Та самая фотография с выставки, июнь 2009 года, наше первое знакомство с этими местами:
     Итак, свернув с трассы на левый берег реки Бельбек, мы через Большое Садовое поднялись к самой окраине посёлка. Над нами нависли три горных мыса — Куле-Бурун (Башенный), Ай-Тодор (Святой Фёдор) и Джениче-Бурун (Приятный). Влево от полянки уходит тропа, ведущая к Сюйреньской крепости и пещерному монастырю Чильтер-Коба.
     Прямо уходит грунтовка прямиком к Сфинксам Каралезской долины — скалам Узун-Тарла. Когда мы останавливались в деревеньке Ходжа-Сала под Мангупом, то не раз гуляли по ней…
     Если же, поднимаясь из села, не уклоняться в сторону монастыря, а взять чуть правее, то можно выйти к церковному винзаводику. Здесь, у основания мыса Джаниче-Бурун, расположены средневековые давильни-тарапаны. Археологи утверждают, что этот «винзавод» производил до 300 тысяч литров вина в год! В стенках сохранившихся давилен есть одно или несколько отверстий, видимо, для деревянных конструкций пресса. Из верхней ванны через сточное отверстие сок выдавливался в нижнюю, откуда собирался, а затем переносился в глиняные сосуды, где из сусла вызревало вино…
     От винзавода тропа ведёт по краю ущелья Хор-Хо, что означает «гиблое место» — плутая в местных дебрях летом 2009 года, мы на своей шкуре испытали негостеприимность этих зарослей для случайных туристов. Лучше уж вернуться на тропу, что ведёт к монастырю Челтер.
     Честно говоря, нас, что шесть лет назад, что в этот раз больше интересовали таинственная Сюйреньская крепость и вид на каньон (да и проявлять праздное любопытство в действующем монастыре как-то неудобно). Путь к крепости, равно как и самый щадящий путь на Утюг, пролегает по тропе, идущей по дну лесистой балки Кизильник между мысами Куле-Бурун (крайний левый мыс) и Ай-Тодор (средний мыс). По этой тропе нужно идти вверх, не сворачивая на приметной развилке на так называемую Чильтерскую тропу, отходящую вправо.
     Тропа эта ведёт через густой лес, но нам всем с непривычки всё равно было очень жарко. А ведь это был ещё май! Впрочем, мы бывали здесь и летом — жарко, зато красиво! Над нами возвышались скалы горы Куле-Бурун, на которой спряталась башня Сюреньской крепости. Собственно, поднимаясь на скалы, тропа ведёт именно к башне, но так как мы приехали поздновато, то наших севастопольских друзей к ней не повели — сегодня у нас в программе «Край мира»! Но раз уж мы заговорили про эти места, было бы неправильно хотя бы в двух словах не рассказать и о Сюйреньской крепости. Тем более, что у нас есть несколько фотографий шестилетней давности, которые мы здесь ни разу не показывали.
     Слово сюйрень в переводе с крымско-татарского означает «острая пика». Именно такой «острой пикой» вдается в Бельбекскую долину мыс Кулле-Бурун — в переводе и по смыслу Башенный. Ибо на нём сохранилась средневековая башня. Сюйреньская крепость наиболее загадочный из «пещерных городов» Крыма, так как изучена гораздо в меньшей степени. Вполне возможно, что ранее здешнее поселение называлось Сциварин и находилось на территории проживания крымских готов. Название города Сциварин или Шурен выводят от готского scivaro — «обломок скалы, камня». В видоизмененной форме этот топоним сохранился по сей день в названии «Сюйрень», превратившись в народной этимологии в «Сирень». У Кепенена есть упоминание о татарской деревушке, лежавшей под обрывами мыса Куле-Бурун: «Деревня Таш Баскан Сюйрен, как видно по старым домообразным могилам, была некогда обитаема греками, и я не сомневаюсь в том, что об этом-то поселении упоминает Бусбек, писатель второй половины XVI века, говоря, что Манкуп и Сциварин суть главные города готов. Нынешняя же деревня Сюйрен, могла заимствовать свои названия от прежнего места того же имени».
     Укрепление было основана византийцами как крепость примерно в VI – XII веках. Возможно, Сюренская крепость была основана одновременно с Мангупской и Эски-Керменской, а может и позже — в середине IX в. после создания в Крыму фемы Климатов. Тогда византийская администрация производила реконструкцию оборонительных систем существовавших крепостей и, возможно, для контроля пути к морю и было построено новое укрепление (рядом с крепостью и ныне проходит дорога из Внутренней гряды через Ай-Петри на Южный берег). Впоследствии византийское укрепление превратилось в феодальный замок, где находилась резиденция архонта — правителя Бельбекской долины. После создания в Крыму княжества Феодоро в XII-XIII вв. площадь поселения увеличивается почти в два раза. Крепость контролирует долину реки Бельбек и охраняет северные и северо-восточные подступы к городу Мангупу. Рядом с замком строится монастырь Святого Феодора Гавраса, обладавший какой-то священной реликвией, возможно частицей мощей Святого. Не исключено, что замком владели представители одной из ветвей рода Гаврасов. Прекратило же свое существование укрепление предположительно в 1299 году при нашествии татаро-монгол, либо по другой версии, в 1475 году, когда было захвачено и разрушено турками. С этими событиями связан пожар, уничтоживший часть фресок княжеской капеллы, находящейся на втором этаже башни.
     Сюйреньское укрепление представляет собой в плане V-образное укрепление из двух сходящихся под тупым углом стен. Пересекая мыс поперек, стены отделяли участок площадью 1,7 га. С остальных сторон он был надежно защищён обрывами. В углу расположена двухэтажная круглая башня закрытого типа с купольным перекрытием. На втором этаже находилась часовня. В восточной стене находятся остатки проездных ворот, а в западной — боевая калитка. Технология кладки сооружения — византийская. Около башни видны следы вырубленных в камне скалы усыпальниц. Ещё в первой половине XIX в. Кеппен видел на своде башни неплохо сохранившиеся остатки росписей датируемых XIII-XIV в. Рисунки были повреждены, но краска ещё сохраняла свою яркость. Северо-восточная сторона башни обрушилась ещё в позднем средневековье…
    
     У северного обрыва мыса Кулле-Бурун в 1980 году был открыт потайной ход, с помощью которого можно было незаметно покинуть крепость. А главная загадка Сциварина — вырубленные на северной оконечности мыса Куле-Бурун, примерно в 200 метрах от башни, большой и малые каменные лики. Один, с раздвоенным подбородком и «усами», похож на казака, второй — на свирепого гунна. Когда мы были у башни в 2006 году, и сейчас, когда прошли мимо, мы про это ещё не читали — вот и появился хороший повод вернуться!
     Но вернёмся же к недавней прогулке — на скалах Башенного мыса мы свернули вправо и по плохо читающейся тропке вышли на грунтовку. До Утюга осталось километра полтора — вроде немного, но как-то мы все изрядно запыхались и взмокли, пока не вывалились-таки на лысую подошву Утюга. Окрестности распахивались вокруг вольным простором, бело-зелёный узор ландшафта был по-летнему зноен.
     Противоположная, северо-восточная стена Бельбекского каньона образована двумя отвесными скальными обрывами Куллю-Кая (Сторожевая Скала) и расположенным справа от них скальным обрывом Арман-Кая (Молотьба-Скала). Справа, на востоке, скальный массив обрывается горой Курушлю — шесть лет назад мы вылезали на её мыс по пути в Алимову балку — оттуда Утюг выглядит совсем непримечательной скалой, а Сюйненскую башню (у левого края кадра) почти и не видно!
     И всё-таки, каньон всем своим видом навевает фантазии о ковбоях Дикого Запада!
     Сфотографироваться на фоне просторов получилось не сразу — солнце заставляло всех смешно жмуриться!
     Оля оказалась мудрее — спряталась за солнечными очками.
     Дул свежий ветерок, и всё было прекрасно — кроме клещей, во множестве обнаружившихся в траве. Мы сидели в тенёчке и обедали. Над Утюгом с криками летал ворон, потом где-то в кустах раздались звуки перепалки — и вместе с вороном в небо вылетел нарядный рыже-белый сокол.
     Кстати, впервые мы покоряли Утюг со стороны Новоульяновки по оврагу Букли-Дере — никому не рекомендуем эту шкуродёрню с соковыжималкой! Тропы, обозначенной на карте, просто не существует, подъём очень крут, а подступы к горе от ближайших дорог труднопроходимы… Но мы же лёгких путей не ищем!
    
     А ещё (спустя год — в 2010-м) мы приходили на Утюг прямо по кромке скал Юзик-Хая, поднявшись от мангупского озера на гору Чишма-Боир и далее на Чардаклы-Баир. Невзирая на давность лет, рассказ об этом походе обязательно должен появиться на страничках этого журнала, чтобы дополнить наши рассказы о Мангупе.
     На прощание с Бурун-Кая мы решили показать Оле с Валерой тисовую рощу, спрятавшуюся у подножия скалы. Здесь прорывались сквозь лес яркие лучи солнца, зажигая изумрудом ветви тисов, пейзаж был восхитительно дремуч и вызывал ассоциации с картинами Шишкина. В каменном гроте мы напились из серо-зелёной каменной чаши сказочного родничка.
     Эх, было бы время — мы бы провели их ещё вокруг мыса! Там тоже любопытно. А кроме того, есть загадочный рисунок «космонавта», выдолбленный в скале, и уже довольно плохочитаемые, но настоящие древние петроглифы… Звучит интригующе? Но в жизни всё… без фантазии никуда!
     Ну а у нас уже дело к вечеру, и надо держать слово — мы обещали друзьям прогулку на три часа, пора возвращаться. И через ландышевые поляны — цветут ландыши, цветут! — выбрались на грунтовку. Не стали ломиться сокращёнками, а пошли вниз по дороге — дальше, но спокойнее (получалось, правда, не три, а четыре часа в итоге!). Шагали, болтали, Оля собирала букетик из листьев земляники и лютиков. Как позже выяснилось — для памятного натюрморта нашей подруге, не сумевшей вырваться с нами в Крым… И за разговорами как-то незаметно вышли в Большое Садовое.
     На обратном пути мы заехали в Ходжа-Сала, поужинали у Эльмиры вкуснейшими чебуреками и пивом. Славно отдохнули на топчанах-диванах, и заодно договорились о ночёвке — когда соберёмся в поход на Мангуп. И уже представлялось, как это будет необычно — ночь в чайхане у подножья Мангупа, под луной, среди подушек и ковров…
21 мая 2015 г.



     P.S. Есть, кстати, видеоклип, посвящённый нашим странствиям в описываемых окрестностях и на Мангупе. В это путешествие мы впервые взяли GPS-навигатор и с азартом искали все геокэшерские тайники!

     P.P.S. А ещё мы от души поздравляем всех увлечённых этим азартным делом с днём фотографа! И желаем уникальных моментов и запоминающихся кадров!
Tags: Бельбекский каньон, Дори, Крым, Сезон дождей, горы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Затерянный Батилиман

    Настало утро очередного дня отпуска. Снова кошки, снова кормление размороженной рыбой, снова эта умилительная толпа лемуров с…

  • Караньские высоты

    В продолжение сегодняшнего похода наш путь из Флотского лежал на Караньское плато. Тропиночка от сельского кладбища повела вверх,…

  • Бирюзовое сердце

    В качестве первого похода в окрестностях Севастополя мы выбрали посещение Кадыковского карьера, эффектные фотографии которого в 2020…

  • Фарфоровая

    Удивительно, но я думал, что делал этот пост совсем недавно, ну может лет пять назад максимум — но не десять! Итого получается…

  • Снова осень. Севастопольский пленэр

    Осенью 2020 года в Севастополе состоялся проводимый Арт-отелем «Украина» давно ставший традиционным Севастопольский академический…

  • «Когда миллионы будут паниковать — ты будешь знать, что делать!»

    «Объект С-2» — это действующее противоатомное убежище высшей категории защиты, способное единовременно разместить более 2000…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments