Андрей Илюхин (crimeaphile) wrote,
Андрей Илюхин
crimeaphile

Categories:

Лица прежних эпох

     Наконец-то, как раз к окончанию зимы, закончив рассказ о наших январских каникулах, хочется снова вернуться к путешествиям прошлого года — многие из которых в силу разных (но всегда уважительных!) причин остались за рамками нашего журнала. Мы непременно вернёмся к севастопольским рассказам — их просто ну очень много — а пока хочется показать ещё один фрагмент нашего первого дня в Питере. Да! Выйдя из дворика «Сен-Жермен», мы пока что дошли лишь до обеда первого дня по прибытии! Ну, то есть, в прошлом рассказе мы дошли до Аничкова моста, вышли на Невский… И нырнули в «Копейку»! На удивление вкусная и демократичная столовка в центре Питера — лет десять назад бюджетно покушать на Невском было непросто... Но история не о том — три раза мы прошли мимо музея, посещение которого было у нас следующим в планах. Заодно «взяли» ещё один из намеченных геокешэрских тайничков (VI/15835) — заглянув в первый кинотеатр Санкт-Петербурга. Впрочем, главным персонажем нынешнего рассказа будет не он, а удивительное фотографическое семейство во главе с Карлом Буллой. Но обо всём по порядку…


     В 1913 году из утренних газет петербуржцы узнали, что «27 декабря состоится открытие "Пикадилли" — против Аничковского дворца, первого в России по удобству, роскоши отделки синематеатра. 800 мест, цены от 35 копеек до 1 рубля, ложи 3 и 5 рублей». В качестве сравнения можно привести следующее: в январе 1913 года в Париже открылся новейший кинотеатр компании Гомон, рассчитанный только на 380 зрителей. Первая афиша нового синематеатра сообщала, что «Большой театр световых картин "Пикадилли" показывает беспрерывно, монопольно, единственный экземпляр фильма "Бездна женской души". Снимать верхнее платье необязательно». Новейшая на то время проекционная аппаратура, удобные места для зрителей, большой экран, часто меняющийся репертуар, состоящий из новинок крепнущей российской кинематографии и зарубежных кинокартин, быстро сделали этот кинотеатр любимым местом посещения столичных зрителей.
     В эпоху «великого немого» здесь работал тапёром Дмитрий Шостакович! В те годы фильмы в «Пикадилли» шли не только в сопровождении игры пианиста, но и целого симфонического оркестра, которым многие годы руководил известный в Ленинграде дирижер и композитор Сергей Бершадский. Позднее здесь пела несравненная Клавдия Шульженко…
     С конца 1929 года на страницах ленинградских газет появляются письма зрителей с предложением заменить «непонятное рабочему человеку» название «Пикадилли» на другое. И в 1932 году, по прошествии 19 лет со дня своего рождения, в дни празднования 15-й годовщины Октября, кинотеатр получает наименование «Аврора». В том же 1932 году в кинотеатре устанавливается аппаратура для демонстрации звуковых фильмов и кинотеатр одним из первых становится звуковым.
     С первых дней войны кинотеатр «Аврора» показывает фильм «Семья Оппенгейм» (по роману Леона Фейхтвангера). Может показаться поразительным и трудно объяснимым, но даже в то тревожное время ленинградцы ходили в кино, и «Аврора» почти всегда заполнялась. Они не перестали ходить туда и с началом вражеской блокады. Сеансы порой приходилось прерывать на время воздушной тревоги или артобстрела. Зрителей переводили в бомбоубежище. Когда же по радио раздавалась команда «Отбой воздушной тревоги», зрители возвращались в зал, и прерванный сеанс продолжался. Даже в страшную блокадную зиму 1941-1942 годов «Аврора» продолжала работать. Лишь в январе 1942 года, когда прекратилась подача электричества, кинотеатр был закрыт, как оказалось, ненадолго. С марта 1942 года «Аврора» снова открылась для зрителей полнометражным документальным фильмом «Разгром немецких войск под Москвой». Фильм шёл два месяца без перерыва. Год спустя американская Киноакадемия присудит «Разгрому…» свой «Оскар», как лучшему полнометражному фильму…
     В 1998 году в кинотеатре, в год его 85-летия, были проведены большие реставрационные работы по восстановлению его исторического вида. В это же время устанавливается новейшая звуко- и видеовоспроизводящая аппаратура. В общем, «Аврора» — это неотъемлемая часть Санкт-Петербурга, познакомиться с которой было очень интересно. Это кинотеатр-музей, живая история Питера...

     О музее, который мы всё же благополучно отыскали на Невском прямо напротив Садовой, мы тоже узнали благодаря игре Геокешинг (VI/9060). Всегда нравилось рассматривать старые фотографии. Лица прежних эпох… Вот даже недавняя нашумевшая выставка Валентина Серова одним из самых ярких впечатлений оставила лица. Лица людей собственно и представлявших тогда страну: князья и цари, чиновники и заводчики, художники и писатели… Эпоха! Глядя на эти лица можно представить себе именно портрет эпохи. Но всё же несколько однобокий — далеко не каждый мог позволить заказать себе портрет у самого Серова. И у Буллы, конечно, тоже было недёшево — но не сравнить. И потом — это полноценная династия фотографов, оставившая нам бесценный архив — воистину запечатлевших эпоху! И, конечно, узнав о существовании в Петербурге музея знаменитого фотографа, невозможно было не посетить его! (Ну и геокешинг, конечно…)
     Карл Карлович Булла родился в прусской купеческой семье 26 февраля 1855 года. В двенадцатилетнем возрасте отправился с родителями на пароме в Россию. В Петербурге его определили работать посыльным в фирму по продаже фотопринадлежностей «Дюнант». Постепенно из посыльного он становится лаборантом, а затем учеником, постигая азы фотографического дела, старательно изучая зарубежные материалы о фотоимульсии. К 20 годам он открывает собственное дело по производству сухих бромжелатиновых фотопластинок, позволяющих снимать как при коротких, так и длинных выдержках. Через фирму «Лиман и Рикс» он даже продавал свою продукцию в другие города.
     В 1875 году Карл Булла открывает своё первое фотоателье на Садовой 61. Павильонная съемка тогда становилась всё более популярной, и у Буллы было немало конкурентов. Но, обладая лучшими чертами национального характера: целеустремленностью, необычайным трудолюбием, терпением и настойчивостью, что дополнялось общительностью и незаурядными организаторскими способностями — он успешно справился с задачей обойти конкурентов. Сделать портрет у него стремились представители всех сословий петербургского общества от студентов до дворянства и сливок российской литературы. Созданные им портреты отличали удивительные для своего времени естественность и непринужденность. Очевидцы утверждают, что Булла, первый из фотографов, просил своих моделей: «Будьте поживее, не сидите так натянуто!»
     В 1894 году началось его увлечение репортажной съемкой, когда Министерство внутренних дел разрешило использование бланков открытых писем частного изготовления в стандарте Всемирного почтового союза. Уличная съемка стала весьма прибыльной. Карл открывает типографию для печати открыток и начинает работать в жанре фоторепортажа. Многочисленные снимки с подписью «фото Булла» или «фото К. К. Булла» продавались в собственном ателье, а также публиковались в самых известных российских и зарубежных газетах и журналах.
     В 1896 году Карл Карлович Булла получил звание «фотограф Императорского Двора» и специальный знак «фотограф Санкт-Петербурга», а таже заказ на фотографирование юбилейных торжеств по случаю празднования 200-летия Санкт-Петербурга в 1903 году. Именно в адрес основоположника жанра репортажной фотографии, портретиста Карла Буллы «Русский фотографический журнал» впервые использовал эпитет «известный». «Всегда подготовлен к выезду и отправляется по приглашению, куда бы то ни потребовалось. Снимает всё, не стесняясь помещением, везде и всюду, как днём, так и во всякое вечернее время — при своём искусственном свете», — так одно из рекламных объявлений характеризует Буллу — крупнейшую фигуру русской истории рубежа веков.
     Именно по фотографиям Карла Буллы мы знаем облик Ф.Шаляпина, Л.Толстого, И.Репина — как живых людей, на лицах которых отражаются переживания и заботы дня насущного. Именно с фотографий Шаляпина начинается экспозиция музея — здесь ему посвящён отдельный уголок.
     Очередную фотомастерскую по адресу Невский, 54 Карл Булла открывает уже как общепризнанный мастер, обладатель многих почётных наград (крест Румынской короны от короля Румынского, орден «Звезда Льва и Солнца» от шаха Персидского, кавалерский орден Итальянской короны от короля) и сословный купец (позднее Булле было пожаловано и личное дворянство). В прославленной фотомастерской Карл Булла работает вместе с сыновьями Александром и Виктором, которые продолжают дело отца. В 1916 году мастер, по непроверенным данным, окончательно передаёт им свое фотографическое дело, а сам уезжает в Эстонию, где мирно заканчивает свои дни в 1929 году, снимая этнографический материал и обучая местных жителей искусству фотографии.
     Прапорщик Виктор Булла был отправлен фоторепортером на Русско-японскую войну 1904–1905 годов. Он же был автором фотосерий о Первой мировой войне, Февральской и Октябрьской революциях. Позднее Виктор Карлович стал официальным фотографом Ленсовета, автором многочисленных портретов Ленина, Зиновьева, Каменева, Сталина, и, по существу, штатным фотографом Смольного. Также Виктор был заведующим фотосалоном на Невском, 54. Здесь сохранились и негативы отца.
     В конце 30-х Виктор Булла был арестован по доносу одного из сотрудников фотосалона. Известно, что допрашивали его всего два раза. После первого никаких обвинений предъявить не удалось, а на втором допросе он был вынужден «сознаться» в шпионской деятельности. В 1938 году родственникам арестованного сообщили, что Виктор Булла — «враг народа». Сослан в ДВК. «Десять лет без права переписки». Впоследствии родным сообщили, что В. Булла умер от рака желудка в 1944 году в одном из дальневосточных лагерей, однако внуку Виктора Буллы, Андрею Леоновичу Каменскому, удалось найти документ, согласно которому Виктор Булла был расстрелян в октябре 1938 года. Репрессии в отношении Виктора и Александра, с учётом эмиграции их отца, означали запрет на упоминание фамилии всех Булла где бы то ни было. Снимки их печатались как анонимные или под другими фамилиями, вплоть до «перестройки». Впоследствии Виктор Булла был реабилитирован.
     Сын Виктора — Юрий (родившийся в 1919 году) тоже стал фотографом, работал фотокорреспондентом ленинградской пионерской газеты «Ленинские искры». В 1941 году погиб на ленинградском фронте. Дочь и внук Виктора Буллы, Валентина Викторовна а Андрей Леонович Каменские, до сих пор живут в Петербурге.
     Второй сын Александр был известнейшим павильонным фотографом. По обвинению в контрреволюции был сослан на Беломорканал, где скончался в 1934 году.
     Карл Булла и его сыновья оставили грандиозное фотографическое наследие. Их снимки представлены в коллекциях Государственного Эрмитажа, Российской национальной библиотеки, Государственного музея истории Санкт-Петербурга, а также частных собраниях. В Государственном архиве кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга содержится до 200 тысяч стеклянных негативов! Часть фотографий уцелела только благодаря дальновидности Виктора, который начал передачу государству архива и за три года до ареста успел передать более 130 000 негативов, из которых почти половина была создана Карлом Буллой или при его участии.
     Что касается легендарной фотомастерской по адресу Невский, 54, то она существует и по сей день. До конца 90-х годов петербуржцы имели возможность сфотографироваться в принадлежавшем некогда семье Булла ателье (которое получило название «Фотография №1»), причем для съёмки использовались всё те же камеры, с которыми работал Карл Булла. Сегодня фотосалон реконструирован, и там открыт музей, где хранится множество документов и прославленное оборудование, по-прежнему в рабочем состоянии.
     Музей нам понравился. Интересно прогуляться по крыше. Одно «но» — практически полное отсутствие информации под фотографиями. Хотя, это, конечно понятно — ведь если подписи на обороте нет, то узнать кто запечетлён на снимке (одном из сотен тысяч!), наверное, почти нереально. Большую часть площади музея занимают временные выставки, что любопытно, но всё же оставляет чувство некоторого голода — мало старых карточек, хочется больше. И, кстати, в отдельную комнату пускают только преодолевших возрастной ценз — там собрана небольшая коллекция эротических открыток. Снимали и такие Булла и сыновья...
     Ну а у нас на часах уже шестой час, и по Садовой мы спешим к каналу Грибоедова, чтобы пройтись по местам Достоевского, а к закату оказаться на одной весьма примечательной крыше...

4 августа 2015 г.




Tags: Санкт-Петербург, город, история, крыши, фотография
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Ну здравствуй, Питер!

    Пару недель назад добавили себе в копилку приключений ещё одно путешествие — вырвались на пять дней в Питер. Надо сказать, весьма…

  • От Некрасова до Жуковского

    С трудом распрощавшись с Николаем Васильевичем, мы наконец-то вышли в Питер. Гулять! План был составлен заранее — у нас же всего пять…

  • Дворики с историей

    Сколько раз раньше, гуляя по Литейному проспекту, мы проходили мимо и не знали, что совсем рядом с шумной улицей притаился такой…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments