Андрей Илюхин (crimeaphile) wrote,
Андрей Илюхин
crimeaphile

Categories:

Осень в Монтенегро. День седьмой. Дурмитор и Острог

     Накануне вечером, возвращаясь домой через вечерний Старый Город, мы наконец-то застали свет в окошке единственного найденного нами в Которе турагентства с неординарным названием Travel Zoo. И в его расписании ближайших поездок значился национальный парк Дурмитор! Нам очень хотелось попасть туда, но, похоже, мы были единственными в это время года туристами, заинтересовавшимися этой экскурсией. Ну, по крайней мере, первыми за этот день, который уже давно превратился в вечер. Но красавица Диана, с которой мы обменялись контактами, велела нам не отчаиваться, а ждать сообщения в Viber после девяти вечера. И не обманула! Ей удалось найти нам попутчиков — и на утро нас ожидало новое путешествие…

     Путешествие подразумевало поездку через всю Черногорию — горной дорогой, обещавшей сумасшедшей красоты виды. Прогноз погоды, правда, был далеко не радужным — в Жабляке после обеда обещали снег! Но погода в горах — вообще вещь непредсказуемая. Нам оставалось надеяться, что мы успеем до непогоды, а может, и вовсе случится чудо, и обещанная хмарь либо развеется или, наоборот, подарит какие-то нереальные пейзажи…
     Поутру мы, поёживаясь от утренней прохлады, заняли выжидательную позицию на обговорённой с Дианой точке — в скверике у рынка, под стеной Старого Города. Оказалось, что в группе на сегодня экскурсантов всего четверо. Кроме нас, в машину села юная парочка. Мы так и не поняли, на каком языке они общались: то ли на немецком, то ли на английском… А может — и вовсе по очереди на обоих. Водитель, перекинувшись с нами несколькими словами на английско-черногорском, молча повёз нас по дороге вдоль моря — и мы поняли, что экскурсии как таковой не будет. Никто не собирался нам ничего рассказывать, нас просто везли в условленное место. Так что мы приготовились смотреть в окна и получать впечатления самостоятельно.
     Погода меж тем и не думала нам улыбаться. Сперва ещё мелькала слабая надежда в виде просветов в затянутом тучами небе. Но реализоваться этой надежде не было суждено. Об этом мы, правда, узнали позже. А пока — любовались извилистыми берегами бухты, вдоль которой следовал наш автомобиль. Утренние море и горы были прекрасны. У берега покачивались лодки и многочисленные белые с оранжевым поплавки — обозначавшие, как видно, систему рыбачьих сетей. На поплавках неподвижными белыми солдатиками застыли птицы. Мимо нас проплывали похожие друг на друга населённые пункты — все сплошь с оранжевыми черепичными крышами и светлыми каменными стенами домиков. Идилличность пейзажа в конце концов так расслабила нас, что мы понемногу принялись клевать носами. Но тут отрезок пути по берегу залива наконец-то закончился. Машина свернула вправо, запетлял серпантин по склону горы — и мы вновь дружно прильнули к окнам. Внизу остался просторный пейзаж с изгибом бухты, и с этого ракурса стал виден пролив между крутыми берегами в самом узком месте Боки около Каменари. И только тонкая полоска света из нечаянной щели в тучах лежала на воде, а всё вокруг было подёрнуто синевато-серой пасмурной пеленой. Прогноз погоды начинал обидным образом сбываться…
     Дорога нырнула в туннель, прорезающий гору. Мы уезжали от побережья, с каждым новым поворотом всё приближаясь к величественным горным просторам Динарских Альп. И — увы! — просторы эти были укрыты слоями плотных облаков. Мы въезжали в туман.
     Горы были великолепны. Это было абсолютно ясно — даже несмотря на то, что влажность скрывала от нас большую часть красот. Первая же смотровая, на которой остановился наш водитель, безапелляционно тонула в тумане. Под дорогой, в далёкой долине, угадывались какие-то мистические просторы, сплошь изрезанные причудливых очертаний берегами громадного Сланского озера. Но всё это именно угадывалось — чтобы тут же раствориться в серой мгле. Мы пооблизывались, представляя себе, какое великолепное зрелище могло бы открыться нам отсюда в более удачную погоду. И — делать нечего! — поехали дальше.
     Путь предстоял ой какой неблизкий. За окнами промелькнул славный город Никшич, в котором варят вкусное пиво «Никшечко», потом вокруг нас раскинулись зелёные долины с крохотными, словно игрушечными домиками, перемежающиеся бесконечными просторами, сплошь заросшие зубцами белых камней. Это было немного похоже на Чатыр-Дагскую яйлу, но помноженную на сто, двести, триста… Какое-то адски непроходимое пространство, сплошные остроконечные скалы и обрывы, поросшие кустарником. Это было красиво и жутковато, и не приведи судьба путешествовать без троп и дорог через такую местность!
     Потом мы видели зелёные холмы с жёлтыми осенними деревьями. На горизонте мелькнули далёкие лопасти ветряков. А когда дорога повела серпантином вниз и вниз, в лесистое ущелье, то над вершинами деревьев на минуту вдруг выросли неспешно вертящиеся, неправдоподобно огромные ветряные крылья, и зрелище это было странным и сюрреалистичным, словно ожившие кадры японского анимационного фильма…
    
     А ещё мы иногда ехали через населённые пункты, и это тоже было очень интересно. В отличие от прибрежных городков они были разными, не похожими друг на друга. Особенно покорил Жабляк, с его огромными срубами из тёмной древесины. Строения тут были удивительными, такой Черногории мы ещё не видели.
     А тучи, меж тем, опускались всё ниже, и тем эффектнее выглядели окрестные горы. До ворот национального парка оставалось несколько минут езды.
     Некоторое послабление погода нам всё-таки сделала. Когда мы вышли из машины, дождя не было, и само по себе это уже выглядело удачей. Снаружи было весьма прохладно, воздух был изумительно душист и свеж. Пахло лесом, хвоей, заповедностью. Это было самым первым впечатлением. А ещё — краски, сочные, яркие, густые. Еловая аллея, по которой нам предстояло идти от ворот в парк, покорила мгновенно. Каким бы ни был этот лес в солнечную погоду — а в пасмурности он был прекрасен! И мы, восторженно нюхая и озираясь, поспешили вперёд, на ходу нанизывая на себя резервные тёплые вещи. В нашем распоряжении было два часа времени на прогулку и добычу впечатлений. И все эти утеплительные шмотки ещё предстояло снять по мере пробежки в погоне за красотой. А пока — мы вышли на берег большого озера в песчаных берегах.
     Озеро это из-за своей глубины (49 м) и густого леса по берегам называется Чёрным. Оно лежит у подножия массива, который в хорошую погоду отражается нём, как в зеркале. Озеро состоит из двух частей: Большого и Малого озёр, которые соединены узкой полосой воды, пересыхающей летом. Сейчас оно выглядело изумрудно-зелёным — особенно когда над ним выглянуло вдруг солнце! За озером темнели заросшие лесом склоны гор, а над лесом возвышались великолепные светлые скалы. Солнце лизнуло вершины деревьев — и из пасмурной свинцовости возродились осенние краски…
     Мы немного полюбовались игрой солнца на воде и скалах. Но времени было в обрез, и мы, оглядевшись, поспешили по берегу вправо. Горные вершины манили к себе, но первая же табличка на лесной тропинке развенчала наши мечтания. Слишком далеко было до вожделенных гор, успеть туда нечего было и думать. И мы отправились по лесу влево, по кольцевому маршруту вокруг озера.
     Прекрасные лесные дорожки вели меж могучих дерев, и слева от нас вскоре показалось Малое озеро. Вода в нём сияла отчаянной зеленью. Желтели клёны, дорожка, выложенная по краям камешками и устланная хвоей, была чудо как хороша. Огромные, замшелые белые камни среди деревьев пробуждали в нас воспоминания о крымском лесе, встречи с которым нам ждать ещё до следующего отпуска.
     Мы торопились обойти озеро, а дорожка принялась забирать вверх и вверх, карабкалась по крутым ступеням. И в итоге мы вскоре оказались даже более раздеты, нежели по приезду. В конце концов взгляд на часы успокоил: обход озера занял гораздо меньше времени, чем прогнозировалось. Мы успевали вернуться к условленному сроку. И можно было теперь неспешно полюбоваться сияющей водой, панорамой великолепных ёлок вдоль берега Чёрного озера (такие раньше только на картинках видели!) — и просто присесть в деревянной беседочке и перекусить.
  
     Тропка вдоль берега вела под такими чудо-деревьями, что просто диво. И жалко было так быстро прощаться с озером и лесом. Но ничего не поделаешь. И мы решили напоследок срезать путь через лес, без дороги. И ещё немного подышали заповедностью среди могучих стволов… А когда вернулись к воротам, начал накрапывать дождь. И мы ещё раз оценили благосклонность погоды, позволившей нам прогуляться посуху.

     Собственно, на том погодные послабления и завершились. Когда мы подъехали к огромному арочному мосту Джурджевича через каньон реки Тара, то первым делом за нас принялся ветер, остервенелый и ледяной, швыряющий в лицо и за шиворот пригоршни брызг. Мы успели полюбоваться впечатляющим видом со смотровых — попутно делая усилия, чтобы не улететь в ущелье вместе с ветром — и даже прогуляться по мосту, заглядывая в жутковатые пропасти, где по дну каньона текла зелёная шустрая речка. И тут то, застав нас где-то на середине моста, дождь решил взяться за дело по-настоящему…
     Ёжась, мы эвакуировались на стоянку у смотровых площадок. Лена спряталась в тёплую машину, а Андрей ухитрился ещё пробежаться по торговым рядам и сделать несколько покупок. В автомобиль он нырнул уже из беспросветного ливня.

     Дальнейшая наша дорога состояла из густого тёмного марева за бортом. Временами в слабых просветах брезжили недорастворённые туманом горные пейзажи и уже знакомое Сланское озеро. Потом мы опять въезжали в облака. И предложение водителя посетить в качестве бонуса горный монастырь Острог приняли единогласно.
     И как-то так случилось, что именно эта часть путешествия оказалась самой впечатляющей! И съедающий окрестности туман оказался здесь не столько помехой, сколько фактором, усиливающим впечатления. Сперва дорога наша шла по краю обрыва над огромной, вытянутой куда-то в туманные дали долиной, и открывающиеся внизу пейзажи поражали масштабами. Пространства тут было до жути много, а колёса машины, казалось, шли по самой кромке дороги над пропастью.
     Потом начались витки серпантина, дорога несколько раз ныряла в туннели, и иногда крутые повороты показывали дорогу внизу — и тёмное жерло туннеля, из которого мы минуту назад выезжали. А путь всё вёл вверх и вверх, в какие-то необозримые туманные выси.
     Когда мы доехали до монастыря, оказалось, что долина внизу почти полностью утонула в туманной мгле. Мы находились над облаками, и сверху горы тоже укрывали облака. За светлой аркой, расписанной изнутри библейскими сюжетами, высились белые стены монастыря. Он рос прямо из скальной стены, и в неё уходил, и молочное таинственное марево поглощало его в вышине. И впереди туман тоже растворял очертания скал, и оттого казалось, что перед нами — что-то совсем сказочное. Храм, окутанный завесой тайны — или таинства — среди суровых скал, на невозможной высоте, над миром…
     Мы восходили по многочисленным лестничным пролётам, уводящим то в один храм, то в другой. Маленькие помещения, выдолбленные прямо в скале, со старинными росписями и мозаиками, с узорными причудливыми колоннами… Мозаики прямо в теле скалы, глядящие в сокрытый туманом мир внизу… Во всём этом было что-то, заставлявшее затаивать дыхание. Образ Святого Василия Острожского — основателя монастыря — смотрел на нас со всех стен и сводов. Монастырь хранит дух многих веков, мы ощущали это в каждом уголке, в каждой фреске, в самих скальных стенах, прочно соседствующих с каменной кладкой… И долго не могли уйти, всё бродили из одного храма в другой, с лестницы на лестницу, из коридора в коридор. А с площадок, украшенных мозаиками, вливалась через перила влажная мгла из глубокого, скрытого где-то очень внизу под туманами пространства.
     В абсолютно чудесной храмовой лавке мы купили маленькие репродукции икон — помимо прочего, очень красивые и необычные. И оказалось, что наши сотоварищи по путешествию — юная пара, про национальную принадлежность которой мы так ничего и не поняли — всё ещё не вернулась к машине. А мы-то думали, что нас уже все заждались… Но, как видно, Острог заворожил не только нас. И мы ещё немного поглядели в туманные просторы внизу, стоя у перил ограждения.
     Вскоре мы уже ехали вниз, сперва серпантином через лес, а потом снова над понемногу проступавшей в видимость долиной. И заехали на смотровую площадку, с которой была видна в облачной выси белоснежная стена монастыря на пугающе-высоких скалах, а напоследок заглянули ещё и в нижний храм…
     Теперь оставалось снова ехать через туманы и дожди — снова возникшие на пути — и глядеть, как постепенно смеркается за окнами машины. На горы без заката опускался синий вечер. А где-то впереди брезжила надеждой чуть светлеющая полоска на небе, внушающая мысли о том, что, может быть, на побережье будет сухо.
     И вот пройдены последние туннели в теле скалы, и замелькали огоньки прибрежных городов. И наконец-то не было дождя! Местность делалась всё более знакомой. Вот и улицы, которые мы уже успели полюбить. Здравствуй, Котор!
     Нас высадили у того же сквера, от которого утром начиналось наше путешествие. Было тепло, мостовые и асфальт были сухи. Если непогода и коснулась днём Котора — теперь этого было не заметно. Мы присели на лавочку у крепостной стены. Рядом верхом на прожекторе подсветки сидел кот, и его усатая мордочка смешно и трогательно подсвечивалась в ночи. Но снять сие зрелище достойно мы не успели — какой-то мужчина принёс пакет с варёной колбасой и шумно шлёпнул прямо на асфальт несколько громадных ломтей. «Папа может!» Естественно, наш котяра удрал от прожектора в тень — к колбасе. И мы подумали, что это весьма отличная мысль — отправиться домой ужинать…

Котор. 6 октября 2017 года





Tags: Дурмитор, Осень в Монтенегро, Острог, Черногория, мост Джурджевича
Subscribe

Posts from This Journal “Осень в Монтенегро” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

Posts from This Journal “Осень в Монтенегро” Tag