Андрей Илюхин (crimeaphile) wrote,
Андрей Илюхин
crimeaphile

Categories:

Знакомство с Аланией

    Так случилось, что целых два месяца мы никак не могли оформить наши воспоминания и рассказать об обещавшей быть фантастически интересной поездке, обернувшейся суматошно-бестолковой экскурсией, умело испорченной назначенной нам жребием экскурсоводом. Впрочем, мы не рассказывали об этом путешествии не столько из-за противоречивых впечатлений, сколько из-за их объёма — из семи сотен отснятых в этой беготне фотографий надо было отобрать всё же те, что получше. Да и рассказать про столь насыщенный событиями день с ходу довольно трудно — мы проехали около 700 км и побывали в весьма экзотических и колоритных местах, окружённых бесподобными горными пейзажами… А нашу сопровождающую интересовала только религия. Святилища, храмы… Мы ей: «Смотрите, какой вид на Казбек!» «Давайте остановимся и посмотрим на ледник!» А она нам: «Да-да, конечно, но не сейчас. На пути к монастырю мы его опять увидим…» У нас сложилось впечатление, что главной её целью на это воскресенье было объехать как можно больше храмов. Будет возможность — наймите водителя и езжайте самостоятельно, ну а нам для первого знакомства пришлось ограничиться и таким беглым взглядом. Может, для первого раза и хватит — и так впечатлений хватило. Но второго и третьего взгляда эти места бесспорно заслуживают! Да вы только вслушайтесь в названия: «Фиагдон», «Алагир», «Кадаргаван», «Мидаграбиндон»… Правда, в них есть что-то эльфийское? Хотя, конечно, речь вовсе не про новозеландский Ривенделл, а про нашу российскую Республику Северная Осетия-Алания.

     Итак, на календаре первое воскресенье октября, на часах шесть утра, и мы в тесном микроавтобусе отправляемся в дальнее путешествие из Кисловодска в Северную Осетию. Хотя, честно говоря, название Алания как-то приятнее слуху, ведь аланы так часто упоминаются в истории нашего любимого Крыма. Народ этот, выйдя из сарматских племён, очень широко расселился в средневековье от Крыма до Южного Приуралья, но здесь, на Северном Кавказе, где-то в VI веке он обрёл государственность. Феодальная Алания просуществовала по тем временам довольно долго и прекратила своё существование после монгольского нашествия в середине XIII века. Название «Осетия» появилось в русском языке гораздо позже — от грузинского названия Алании — «Осети», которое, в свою очередь, образовано от грузинского же названия алан — «оси», «овси», оттуда соответственно армянский вариант «осы» и русский — «ясы». У осетин же нет единого самоназвания, однако, в фольклоре сохранилось самоназвание «аллон», созвучное именованию предков, также как и другой этноним «ирон» восходящее к древнеиранскому слову «арий» (благородный). Недаром среди осетин популярна идея переименования в алан, а республики в Аланию. Причём, даже неоднократно принимались положительные решения в пользу такого переименования… Но пока республика носит оба названия.
     Покинув Ставропольский край, мы пересекли Кабардино-Балкарию и, миновав знаменитый Терек, оказались в Северной Осетии. Здесь, у начала Военно-Осетинской дороги, в районе Эльхотовских Ворот нас ждала первая остановка, с которой и началась бесконечная лекция о религиозных предпочтениях осетин, затянувшаяся на весь день. То ли нашу сопровождающую веселило, то ли, наоборот, злило то, что из всего христианского пантеона осетины выбрали себе в покровители Георгия Победоносца, но тема брутального всадника на трёхногом коне прошла в итоге красной нитью через всё наше путешествие. Нам пришлось знакомиться с Аланией со слов человека, который позволял себе выражать своё мнение в формулировках типа: «До них не дошёл свет христианства, они погрязли в своём язычестве». Даже не беря этическую сторону (а кто из нас не язычник, кстати?), это было, по крайней мере, не профессионально…
     Святилище — это как бы храм, но не совсем. Здесь мы увидели этакий парк с клумбами, по центру которого высится скульптура могучего витязя, поражающего злобного змия, а в глубине парка притаились башни явно ритуального назначения. В одну из них мы заглянули — много иконок и большой стол. Наверное, сюда заходят помолиться перед дальней дорогой, попросить защиты у Святого Георгия — покровителя мужчин, путников и воинов. Но главное в этих башнях — всё-таки стол. Со слов нашего экскурсовода, многолюдно тут только по праздникам — на именины Св.Георгия и на День Победы. Вот для этих-то праздников столы и предназначены. А для обычных будней при святилище есть большой жертвенный чан, куда все проезжающие мимо бросают немного денег, дабы Георгий уберёг их в пути…
     От Эльхотово совсем близко до Алагира и знаменитого Алагирского ущелья — одного из наиболее живописных ущелий на территории Республики Северная Осетия-Алания. Ущелье представляет собой естественную крепость, где сохранились следы древних фортификационных сооружений, замков, сторожевых башен. Алагирское ущелье считается южным рубежом России. Его называют воротами в Закавказье, страны Азии и Ближнего Востока, поскольку по его территории проходит Транскавказская автомагистраль (современное название Военно-Осетинской дороги). Начальный пункт дороги — город Алагир. Конечный — таможенный пункт пропуска «Нижний Зарамаг». Дальше, за перевалом, начинается территория Южной Осетии. В общем, неудивительно, что экскурсоводу не стоило труда уболтать нас сделать крюк от основного маршрута, чтобы взглянуть на это ущелье. На деле всё оказалось гораздо печальнее — нам показали Собор Вознесения Господня в Алагире. В соборе, конечно же, шла воскресная служба, но экскурсоводов это почему-то не смущало — подъезжал автобус за автобусом, и туристов отправляли внутрь храма смотреть росписи. Дело в том, этот храм один из старейших в Осетии — он бы построен в середине XIX века — и знаменит тем, что росписи его свода и стен были выполнены рукой самого Коста Хетагурова. Росписи, конечно, необычные и замечательные, но смотреть их во время службы верующему человеку как-то странно, а неверующему не так интересно… В общем, потерянного здесь часа было очень жалко.
     Но оказалось, это только начало череды обломов — нас повезли в Алагирское ущелье. У самого его начала путников встречает гигантский Уастырджи, который ассоциируется у осетин со святым Георгием. Он как будто вылетает из скалы над дорогой. Монумент, конечно, внушительный, но не столь поражающий воображение, чтобы только ради него делать такой крюк от основного маршрута. Впрочем, как потом выяснилось, что не такой уж он и основной, а сплошь состоит из дополнений за отдельную плату. Похоже, в стоимость экскурсии входила только доставка в Осетию, а каждый шаг к чему-нибудь действительно интересному стоит дополнительных денег. В общем, как вы, наверное, догадались, никаких живописных теснин нам не показали — знакомство с Алагирским ущельем ограничилось встречей с Уастырджи…
     Бросив прощальный взгляд на бурный Ардон, проточивший так и не увиденные нами теснины Алагирского ущелья, мы втиснулись в свой автобус и отправились к другой знаменитой осетинской реке — Фиагдон. Северную Осетию, что, впрочем, характерно для Кавказа — часто называют музеем под открытым небом. И создали этот музей четыре горные речки: уже упоминавшийся Ардон; Фиагдон, проточивший живописную Куртатинскую долину; Гизельдон, образовавший богатое уникальными памятниками Даргавское ущелье. И Урух в самом далёком и труднодоступном Дигорском ущелье. Высокогорная Дигория — это самая удалённая юго-западная часть Северной Осетии с дикой и необыкновенно величественной природой. Находится она в стороне от проторенных дорог и доступна только подготовленным туристам и альпинистам. А вот первые три ущелья мы хоть краешком глаза, но увидели…
     Куртатинское ущелье образовалось в результате прорыва рекой Фиагдон скальных массивов и протянулось вдоль неё более чем на 50 км. В окрестностях Куртатинского ущелья существуют туристические маршруты в Тагардон, где есть доступные для осмотра пещеры. Селения Гусара и Горный Карца славятся красивыми горными склонами с необычными хребтами и гребнями. Но для их осмотра нужен полный световой день, поэтому нам про эти места даже не рассказывали. Как и про Кадаргаван, где оказывается есть что посмотреть и кроме показанной нам теснины. Но, понятно, не в рамках однодневной экскурсии из Минвод. Хорошо, хоть у теснины остановили — место, конечно, живописное, но абсолютно не влезающее в фотографии. По крайней мере, мы так и не сообразили, как его можно достойно показать…
     Следующая остановка ждала нас у селения Дзивгис, где можно увидеть колоритные осетинские склепы, рядом с ними святилище и церковь, а чуть в стороне ещё и крупнейшую на Северном Кавказе наскальную крепость. Её ещё надо постараться увидеть — настолько она сливается со скалами. Кстати, Интернет говорит, что немного выше от указанных склепов находятся пещеры, а при дальнейшем восхождении по склону можно выйти в боковое ущелье, где есть заброшенное селение Фаскау, от которого можно проделать кольцевой маршрут обратно в Кадаргаван — но это уже зарубка на неопределённое будущее… А нас, конечно же, первым делом повели в святилище. Расположенная рядом с ним древняя церковь закрыта и открывается только по большим праздникам, но экскурсовод показала дырочку-окошко, сквозь которую Лена умудрилась сфотографировать тёмные недра храма.
     Святилище, в отличие от храма, открыто всегда — и длинные столы с буфетом полным стаканов красноречиво говорят о душе осетинского народа. Никакое это не язычество, просто этот народ любит праздник, любит собираться и общаться за одним столом. Это же прекрасно, когда соседи могут собраться вот так все вместе и выпить за общим столом чарку-другую вина. У нас этот обычай уже почти совсем умер, а здесь живёт! Вспоминается, как когда-то во время повышения квалификации в Москве именно коллега из Владикавказа сумел организовать в гостинице праздник, нашёл в столице самые вкусные осетинские пироги и накормил ими человек двадцать своих сослуживцев, которых он до этого и в глаза не видел! Поэтому было очень обидно слушать ироничные комментарии нашей сопровождающей, и мы старались сбежать от неё подальше — лучше спокойно без толпы побродить около живописных склепов. Правда, без неё мы могли бы и не заметить крепость — тут действительно нужен человек, который показал бы на неё пальцем. Правда, по её словам средневековых защитников цитадели это не спасло — войска Тимура они остановить не смогли…


     После Дзивгиса в нашей программе значился Аланский мужской монастырь, расположенный чуть выше Верхнего Фиагдона, но мы сумели уговорить нашу путеводительницу отложить монастырь на вечер, а сначала, пока на небе ещё светит солнышко и какой-нибудь внезапный дождь не размыл дорогу, свозить нашу группу в Кармадон… И об этом путешествии стоит рассказать отдельно...