Андрей Илюхин (crimeaphile) wrote,
Андрей Илюхин
crimeaphile

Categories:

«Рюкзак с собой бери!» (День первый. Сандык-Кая)

     Ещё с первого посещения нами Мангупа история княжества Феодоро захватила наше воображение и побудила искать новые, неизвестные нам следы крымского средневековья. И как-то случайно повезло наткнуться в Сети на информацию, что недалеко от Мангупа — в прямой с него видимости — на горе с названием Сандык-Кая (837м, не путать с «Сундуком/Космосом» над Краснокаменкой!), носящей на старых картах также название Сююрю-Кая (на путать с Кара-Дагом!) можно найти остатки ещё одной крепости феодоритов! В том давнем подсмотренном на форуме разговоре деталей для похода явно не хватало, но мир не без добрых людей, и с каждым годом информации в Интернете всё больше. Летом 2008 года мы провели в Орлином несколько чудесных дней, в один из которых предприняли попытку дотянуться до Сандык-Кая. Но чуть-чуть промахнулись… Мечта осталась невоплощённой. Но этим летом мы вернулись…

Без рюкзака, без рюкзака в дороге просто пропадёшь,
А с рюкзаком наверняка ты далеко пойдёшь!

     Мы ехали на 5 км... Утро было солнечным и жарким, а мы с рюкзаками спешили на остановку, чтобы проехать город насквозь — и успеть на заветный автобус. Так спешили, что приехали минут на сорок раньше, но не зря — нас ждал сюрприз. Автобус, которого не было в найденном в Интернете расписании. И который отправлялся с минуты на минуту — на целых полчаса раньше! Немного пытки в переполненном транспорте — и вот, наконец, Байдарская долина! Орлиное… Знакомые до боли места. Райское местечко, полное трав и цветов, в окружении тёмно-зелёных лесистых гор. Глядя в окошко, узнавали дороги и повороты, уголки и остановки — везде-то побывали, и всюду с памятными приключениями… Высаживаемся в Новобобровском! Пустынные улочки полусонны и добела выжжены солнцем. Утро уже отнюдь не раннее — и на солнышке припекает так, что более естественным кажется залечь в тенёчке, а не тащиться в горы с рюкзаками.
     У магазинчика, осчастливившего нас мороженым и холодной водичкой в дорогу, стоял птичий гомон. Сновали ласточки у своих глиняных гнёздышек под козырьками крыш — и наглые воробьи беспардонно занимали ласточкины гнёзда, носились друг другу наперерез, ругались, цеплялись коготками на стену, зависая вертикально и совсем не по-воробьиному. Мы немного полюбовались птичьими коллизиями — а потом спохватились: путь-то не близкий… И отправились вверх, сперва по дороге, а потом — малоприметной тропкой среди полянок и трав — настолько малоприметной, что, окончательно её потеряв, мы решили не плутать, а идти прямо по руслу Баги.
     Река была, разумеется, высохшей. Редкие лужицы жёлтой воды украшали гладко вылизанное вешними водами русло. Потом река нырнула в зелёные заросли — и лужи стали попадаться чаще. Где-то можно было спокойно пройти по валунам, а порой продирались сквозь кусты в поисках сухой дороги. Однажды встретилась запруда, явно рукотворная, с костровищами по берегам — чья-то купальня… Скалы справа и слева изрезались гротами — мы почти дошли до памятного водопадика. Но сначала геокэшинг! Вскарабкались вправо по крутому склону вдоль скалы — нашли в камнях тайник. Первый есть!
    
     Спустились назад к руслу и прогулялись до водопада. Тоже, понятное дело, сухого. Лишь по каменным стенам сбоку от водопада стекали среди зелёного мха тоненькие струйки воды, и изумрудные ящерицы сидели на мокром мхе, словно ожившая иллюстрация к сказкам Бажова.
     Мы попытались продолжить путь по левому берегу над руслом. Взобрались на скалу, по которой странствовали пять лет назад. И быстро поняли, что повторяем давнюю ошибку. По прямой на Сандык-Кая логичнее идти с правой стенки ущелья. Но в атласе горного Крыма не обозначена тропа через овраг Биюк-Узень! А на геокэшерской в смартфоне она есть! Не зря тропа от тайника манила нас вверх… Поднялись на гору выше тайника — а там отличная тропинка!
     И повела нас длинная-предлинная дорога… Она очень быстро нырнула в лес, в низкорослые заросли, густые, тёмные и влажные. И сразу же образовалось вокруг множество «лосиных мух» — неприятных и назойливых, их широкие лапки намертво впивались в одежду и кожу, щекоча и норовя вонзиться в тело на манер клещей. И приходилось на ходу непрерывно отдирать от себя бесчисленное насекомое воинство, и на смену павшим незамедлительно являлись новые мухи… Тропу обрамляло множество каменных глыб, что в общем обыкновенно для крымского леса — но вот извивающийся каменный бортик под ногами был абсолютной неожиданностью. Его явная рукотворность приводила в замешательство. Мы так и не поняли, кто и для чего сооружал залитый бетоном парапет в глубине дремучих зарослей…
    
     Тропа бежала по склону оврага — и вывела в конце концов на знакомые ванночки в русле реки. В прошлый раз мы вышли сюда большим крюком, миновав по просекам вершину Кучка-Тапшанаг, и, как и сейчас, устроили обеденный привал… Здешние ванночки очень удобны для купания — и мы купались в зелёной просвеченной солнцем воде, а разнокалиберные лягушки в панике рассыпались в разные стороны. Купаться было холодно, но прозрачная изумрудная вода манила непреодолимо… И если бы было не так облачно, мы бы сделали ещё не одну остановку у столь призывно манящих водопадиков вдоль тропинки…
     А вот и развилка, где пять лет назад свернули не туда. Тогда мы не захотели верить торной грунтовке, убегающей совсем не в том направлении, какого следовало держаться согласно азимуту. На самом-то деле дорога всего лишь обходит большой петлёй суровый перепад высот — теперь-то мы это проверили. Хотя неизвестно что лучше — штурм в лоб безымянных скал напротив горы Ирита-Кая или такая долгая и занудная дорога, по которой семь вёрст не круг! Затяжной подъём-тянучка через тёмный лес — это была, пожалуй, единственная неинтересная часть нашего пути. Мы отбивались от мух, пыхтели и разматывали зигзаги грунтовки. И когда на развилке у памятника партизанам встал вопрос, делать ли крюк на Ай-Димитрий — полюбоваться на Узунджу — обнаружилось, что ни сил, ни желания для подобного бонуса не осталось. Хотя побывать в том месте, оставшемся в памяти предзакатной эльфийской сказкой, очень мечталось. Но, видимо, нельзя объять необъятное. И мы продолжили путь по неуклонно ползущей вверх дороге. Через глухое урочище Алим-Бай к уже близкой цели — горе Сандык-Кая.
  
     К вершине крепостной горы с дороги убегала довольно приметная тропа. Мы поднимались сквозь темноту леса — и вдруг деревья расступились. Открылась поляна, сплошь покрытая цветами и заросшая пышными кустами бирючины — тоже в роскошном белом цвету. Среди диких груш розовел нежными цветками шиповник. Тут было просто какое-то царство цветов — поляна за поляной — такое радостное после хмурого леса! За белыми цветочными гроздьями маняще зеленели лесные дебри — не однообразно-скучные, а волшебные, дремучие, словно ожившие иллюстрации к книжкам Толкиена. Это были сказочные места, стоившие долгой дороги. А тропа всё вилась через поляны и перелески, проламывалась сквозь колючий кустарник. Наконец она решительным зигзагом вскарабкалась круто вверх — и закончилась жутковатистым изгибом над каменными обрывами. Последний рывок по скальным порожкам… Прощайте на время, лосиные мухи! Здравствуйте, солнце и простор!
     Над головой было небо в курчавых облаках, а под ногами яркие бело-жёлтые камни древней крепости феодоритов, утонувшей в сочной зелени кустов. Плато оказалось довольно узким — и очень красивым. Мы шли тропкой через поглотившие крепость буйные заросли, перемежающиеся полянками — с них были видны фрагменты окрестных гор, казавшиеся издали пушистыми боками гигантских зелёных зверей. Выглянуло солнце, выплеснув в недра леса лоскуты изумрудно-медового света. Среди деревьев вспыхивали роскошными узорами целые поляны белых ромашников, и солнечные пятна сияли в них, словно мазки кисти гениального импрессиониста. Потом опять распахнулось открытое пространство. Мы стояли на краю крепостной горы. Очень яркие краски летнего дня, клонящегося к закату, необъятный простор вокруг… Внизу зеленели поля и заросшие лесом бока гор, лежали светлые мозаики далёких посёлков, синие и зелёные лоскуты водоёмов.
     «На горном отроге Сандык-Кая, что возвышается над лесом между Бельбекской и Байдарской долинами, во времена княжества Феодоро, в XIII – XV веках располагалось значительное укрепление. Как камни, из которых были сложены мощные стены, поросли терновником, так и название этой Крепости затерялось в веках. Устройство укрепления традиционно для Средневековья. Расположенная на вершине обрывистой скалы, в слабых местах Крепость усилена высокими стенами. Для большей надёжности её обитатели возвели три линии оборонительных стен с шестью прямоугольными башнями. Наиболее мощная стена составляла внешнее кольцо обороны. В некоторых местах она сохранилась на высоту до 2 – 3 метров. Внутри крепостная территория дополнительно была разделена на три части ещё двумя крепостными стенами. Остатки этих внутренних стен тоже кое-где сохранились.
    Тропинка приводит к остаткам колёсной дороги; здесь был главный вход с надвратной башней. С востока в оборонительной стене находилась вылазная калитка — потерна.
    Внутри крепостная территория застроена плотно: на поверхности можно различить руины нескольких десятков построек. Некоторые из них довольно больших размеров. На северной оконечности скалы находился некрополь с часовней. Она была сооружена над большой усыпальницей, вырубленной в скале. Стены церкви не сохранились, но её план «читается» по вырубкам в скале. У восточного обрыва видны вырубленные в скале гробницы. Сегодня в этом месте, на самой оконечности Сандык-кая, возвышается православный Поклонный крест.
    Под властью владельца замка Сандык-кая, очевидно, было несколько общин. Современные села Поляна, Путиловка, Новополье, Богатое Ущелье, которые отсюда как на ладони, находятся на месте средневековых земельных владений местного феодала».
     Неизвестно, когда был написан этот найденный в Интернете текст, но сейчас от древней крепости почти ничего не осталось. Стены, конечно, читаются —по ним вьётся не очень уютная тропка, а в остальном — груды камней да выдолбленные в каменном монолите плато прямоугольные дыры былых захоронений. Наверное, ранней весной можно найти чуть больше исторических следов, но лето поглотило их все! Даже крест куда-то пропал… Остался лишь покой. Бездонные обрывы со всех сторон и бесконечные просторы вокруг…
     Было солнечно и хорошо. Но ночевать здесь, среди бывших крепостных стен и каменных могил — это было как-то неправильно. К тому же до заката оставалось ещё часа три. И мы решили: продолжаем путь!
     Волшебной тропкой мы вернулись через цветущие поляны назад, к дороге. Нам предстояло дойти по хребту Кордон-Баир до перевала Бечку, а потом подняться на Лысую — оттуда мы планировали насладиться и закатом и рассветом! Времени до заката оставалось впритык — к тому же не хотелось экономить воду, поэтому желательно было сделать крюк до родника. Но так красиво было на Кордон-Баире, который мы привыкли называть по старым картам — плато Ирита! Таким пушистым был зелёно-жёлто-рыжий ковёр отцвётших адонисов, укрывающий просторы плато, и так нарядно светились в этом ковре сиреневые соцветия дикого чеснока… А над этим непривычным взгляду великолепием ярко синело небо с белыми плотными облаками, и Сандык-Кая возвышалась каменным кораблём, а по другую сторону плато плавились в солнечной дымке каменные обрывы, и живописно распростёрли пышные лапы сосны… Что и говорить, торопиться у нас не очень-то получалось — никак не могли мы расстаться с завораживающим пейзажем! Ну вот ещё один прощальный взгляд… и ещё разочек…
     Но наконец мы вырвались из цепких лап красоты, и ухнули вместе с грунтовкой в тенистый лес. Здесь было уже не так уныло, как в начале пути, лес сиял, просвеченный солнцем, но наслаждаться видами уже не было времени. Мы торопились. Проскакали через какой-то лесничий привал: столы-лавочки, привет охотникам… Промахнули мимо шлагбаум с запретительной табличкой: пожароопасный период… изнутри промахнули, ясное дело! И по дороге — вниз, на поиски родника!
     Родник нашёлся сильно внизу, под дорогой. Слава Богу — рабочий, из каменной плиты живо струилась ледяная вода. Вот теперь за запасы воды можно не переживать! Пока умывались и пополняли бутылки — мимо проскакала лесная мышь, заныкалась в нору у основания большого дерева. Больше носа не показывала, как мы её не высматривали. А нам пора было спешить, ой пора! Навёрстывать потерю высоты — а в лесу уже сделалось темно, солнца не видать за склонами, и до заката времени всего ничего. Обидно было бы опоздать на какие-то минуты! И мы опять ломились вверх, вверх и вверх, потом искали и теряли тропу, и вывалились наконец на вершину безлесой Лысой — с языками на плечах, но успели, успели!
     Здесь были солнце, медовый свет, длинные тени, пейзажные просторы куда ни глянь, Крым как на ладони… Всё, за чем бежали, было здесь: Чатыр-Даг, Байдарская долина с водохранилищем, Мангуп… И Севастополь, и бухта, и море, сияющее оранжевым под низким солнцем. Солнечный свет блуждал среди трав и цветов, воспламеняя их венчики праздничными красками. Здесь было — КРАСИВО, КРАСИВО, КРАСИВО! Так, как мечталось, мы успели и добрались, и теперь упоённо щёлкали затворами фотокамер, носились по вершине, боясь упустить что-то самое замечательное: справа, слева… потом опять по кругу… менялся свет, клонилось к морю солнце.
     Мы выбрали роскошное место для палатки — на склоне с видами на Байдарскую долину, Орлиное и на Севастополь, а ещё отсюда виден был поклонный Крест на соседней вершине Бечко-Кая. Солнце опустилось в раскрасневшиеся облака у горизонта, у деревца на склоне вырос уютный купол палатки. В камнях у полога мы разложили походную снедь, расположились на брёвнышке под темнеющим небом.
     Незаметно минул закат, повеяло ощутимой прохладой. В сгустившейся ночи взошёл тоненький, очень яркий месяц, загорались первые звёзды, и переливались, словно драгоценные камни, огни Орлиного и Севастополя. Мы ужинали в темноте, фонарик светил в траву. Мы подняли тост за чудесный день и за чудесные места.
     И потом собирали в свете фонаря и прятали в палатку оказавшуюся избыточной еду. Фонарь в палатке делал её в темноте сказочным сияющим домиком, тёплым и манящим. И уже внутри, в тесном палаточном уюте, Лена вспомнила вдруг про пакет с колбасой, будто бы забытый на поляне, и отправилась с фонарём в руке спасать колбасу от горных мышей. Над горами царствовала великолепная ночь, звёзды висели густым молочным куполом, и в их россыпях мощным потоком читался невиданной яркости Млечный путь. Колбасы не было — зато по небу вдоль склона горы неспешно полз слепяще-белый комок света. Он двигался волнообразными рывками, а Лена стояла столбом на вершине с фонарём в руке — и отчаянно жалела, что выпрыгнула в ночь без очков… А белая звезда летела-летела — да и улетела за вершины деревьев. И Андрей, услышав сожаления о том, что не разглядела чуда, заметил только: «Может, и хорошо? На перевале Дятлова вот разглядели…» С тем мы и почли за благо заснуть. До рассвета оставалось всего четыре часа…


Tags: Байдары, Ирита, Крым, Сандык-Кая, Севастопольские каникулы '2013, лето
Subscribe

  • Фарфоровая

    Удивительно, но я думал, что делал этот пост совсем недавно, ну может лет пять назад максимум — но не десять! Итого получается…

  • Опять пора менять шубки

    В прошлую субботу нам с мамой наконец-то удалось погулять в парке. Всю зиму в силу возраста и вследствие так называемой «барической…

  • И снова 2012 — ЖЖ дарит красивые воспоминания!

    И снова 2012! День в день, и почти час в час. И цифры одинаковые: 2012/2021! Много из того года приятного приходит. Вот, как этот пост.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments